Стиль Гурченко и его влияние на российскую моду



В 60-х годах Гурченко «было велено» больше не снимать (ведь она несла на стерильный советский экран ненужные западные манеры, эдакую «вертихвосткость», чуть ли не сексуальность), да к тому же много занималась саморазвитием. И народная любимица оказалась вынуждена зарабатывать…
 
«Людк, а Людк! Тьфу, дерееевня!» — незабываемо, неподражаемо, ухохочешься — да, она разная, эта прекрасная женщина с фигурой статуэтки, в элегантных нарядах, многие из которых она шила сама…
 
Хочется вспомнить ее ту, из старых советских фильмов, из творческих встреч, всегда с иголочки одетую, в скромных украшениях, всегда с прической, с удивительным вкусом, всегда с прямой спиной!

Стиль New Look в СССР как бы «официально вошел» после фильма «Карнавальная ночь», вышедшего в 1956 году. Все девчонки стали шить платья «под Гурченко».
 

Оцените рукава — очень пышные фонарики и сочетание тканей!
В 60-х годах Гурченко «было велено» не снимать (ведь она несла на советский экран ненужные западные манеры, эдакую «вертихвосткость»), и она много занималась саморазвитием, и… Людмила Гурченко шила, да, королева шила! Много вы знаете сегодняшних «звезд», которые шьют себе платья для завтрашнего выхода к публике?!

Но моду 60-х она не любила, потому что, наверное, это был тяжелый период в ее жизни.

В 1973-м она вернулась на экраны в роли директора фабрики со строгим образом.

 
И вот в 80-е сформировался ее элегантный, самобытный стиль, она стала богиней экрана, ни одна советская женщина не обошлась без платья «как у нее», какой-то подсмотренной детали. А у нее они действительно все из высокой моды. И несмотря на то что в магазинах было сложно «с модой», она всегда была одета с иголочки.
 
Естественно, в те нищие времена невозможно было достать такую одежду, которая сегодня радует глаз. Об этом даже и не мечтали. Носили то, что имели. Поэтому почти все свои туалеты я придумывала сама. Моделировала, кроила, шила, освоила сложнейшую вышивку и работу с кружевом, даже шляпки сама делала.

Именно нехватка туалетов и дает толчок воображению. В свое время она родила во мне такую дикую фантазию! Что бы ни произошло, сегодня у меня есть все необходимое на все случаи жизни. Это и аксессуары, и перья, и цветы, и украшения, которые со временем не теряют актуальности.

Как это можно было достать в те нелегкие времена? По-разному: в комиссионных магазинах, через знакомых. Иногда выпадал шанс приобрести неплохую вещицу и на базаре.

Кое-что мне дарили друзья, которые знали о моем увлечении. Бывало, и поклонники преподносили милые презенты. Но в основном все-таки поклонницы. Тетки — они все же больше разбираются в подобных вопросах. Ха-ха! Дарили всякие… как бы это сказать… странные, что ли, вещи. Я потом переделывала их в пряжки всевозможные.

Кстати, еще недавно я ходила на приемы в платье, сшитом на живую нитку. Близко ни к кому не подходила и к себе никого не подпускала — не дай бог, заденут. И смотрелось так эффектно! Шарфики и боа, немыслимые шляпки с перьями и вуальками. На фоне унылых лиц, серых улиц и костюмов цвета осенней грязи это всегда смотрится выигрышно.

У меня никогда, даже при катастрофической нехватке элементарных вещей, не стоял вопрос, как сегодня одеться. Никто не знал, как я добивалась нужного результата. Да я бы никогда и не сказала. Хочешь быть красивой, хочешь эффектно выглядеть (тем более в нищенские времена) — умей вертеться. Умей вертеться в двадцать раз быстрее, чем умеешь».

Людмила Гурченко в кинофильме

Сегодня у нас другая крайность: есть абсолютно все. И встает новая проблема: выбрать достойное из достойного. В то же время надо выбрать только свое. То, что идет только тебе и никому больше.


Пэчворк от Гурченко

При сегодняшнем изобилии вещей можно растеряться, нахватать всего без разбора. И только потом осознать, что вещь тебе не подходит. Но будет уже поздно. Поэтому очень важно не торопиться — одежда не приемлет спешки. В конце концов ты же выбираешь свое второе „я“. Тут главное -удержаться от ненужной покупки.

Сейчас, к примеру, в продаже можно найти пояса всевозможных видов и оттенков. А у меня есть пояс не хуже „марочного“, приблизительно такого же типа, но сделанный мною с фантазией, с привнесением собственной оригинальности.

Так же и платья. У меня есть платья — совершенно необыкновенные. Таких больше в мире нет: там столько фантазии, столько идей, столько реализованных творческих амбиций, что и перечислить трудно. Иногда я вижу похожие готовые платья, но все это не то. В них нет души».

С талией у меня постоянные проблемы. Помню, когда я снималась в фильме «Любовь и голуби», мне подкладывали под платье какие-то «утолстители», оборачивали в три слоя, чтоб я в кадре выглядела пополнее. После фильма в прокат многие были уверенны, что я поправилась.

Вообще в кино все по другому. Художники по костюмам почти всегда относятся ко мне с понимание. Свое мнение о внешнем виде я знаю — свой вкус, свой взгляд, свои предпочтения. Как у любого режиссера — «свое всегда при себе».

А вот умение выслушать что-то свеженькое, какой-то новый взгляд на туалет — это тоже дорогого стоит. Поэтому я беру самое прекрасное из подсказанного мне художником по костюмам, привношу какие-то свои соображения — и порой получаются неплохие наряды.

Я же говорю, мои любимые — двадцатые. Это шифон, это бархат, это атлас. Эффектные шляпы, вуали… Хотя есть вещи вне эпохи, которые живут вечно. Они всегда модные. Сегодня чуть короче, а завтра чуть длиннее… Но суть, основа, базис — неизменны. У меня почти всегда один и тот же фасон.

Gurchenko Lyudmila
 

Похожие статьи

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *